В моче Ибрагима Мамилова, подозреваемого в прошлогоднем убийстве молодогвардейца Кирилла Буркова были найдены следы психоделиков. С такими выводами экспертов выступил в суде зампрокурора Фрунзенского района Алексей Ваулин, когда зачитывал письменные доказательства по делу об убийстве возле «SV-кафе» 5 января 2013 года.

«Химическая экспертиза обнаружила в моче Мамилова фенилэтиламин. Точное количество вещества определить не представляется возможным. Фенилэтиламин является стимулятором центральной нервной системы. Производными этого вещества являются амфетамин, мет-амфетамин, эфедрон и другие», - процитировал заключение эксперта представитель гособвинения.

«Смерть Буркова могла быть предотвращена в течение часа при проведении специализированной хирургической операции. Скорая помощь ехала 14 минут с момента вызова. Смерть можно считать трудно-предотвратимой, - зачитал Алексей Ваулин после этого и перечислил повреждения, повлекшие за собой смерть молодогвардейца, - повреждение правого легкого и правой доли печени с потерей крови 2500 мл».

Замечание по поводу доказательств высказал адвокат обвиняемого Борис Черноморец: «Обращаю внимание суда на то, что в распоряжении экспертов не было сведений, которые теперь есть у суда. Первая машина скорой выехала на вызов, но сломалась. После этого была вызвана вторая машина. Обращаю внимание, что машина ехала не с должной скоростью в связи с обстоятельствами, которые им доложил диспетчер». Защитник также напомнил, что изначально медики ехали по вызову о пострадавших в драке, не зная о ножевом ранении.

Напомним, по версии следствия, 5 января Ибрагим Мамилов ударил ножом Кирилла Буркова после того, как тот попытался разнять обвиняемого и своего друга Ивана Дедюкина. В итоге Кирилл Бурков получил проникающее ножевое ранение в грудь и позднее скончался в фойе «SV-кафе», напротив которого состоялась драка. Ибрагима Мамилова обвиняют в покушении на убийство двух и более лиц (часть 3 статьи 30, пункт «а» части 2 статьи 105 УК РФ), а также в умышленном убийстве (часть 1 статьи 105 УК РФ). В ходе расследования уголовного дела обвиняемый вину в инкриминируемых деяниях не признал, пояснив, что умысла на убийство и покушение на убийство у него не было.