В суде по делу об убийстве 7-летнего Саши Родина его мать рассказала, почему не сбежала от издевательств сожителя. Свои объяснения Мария Родина дала в ходе допроса на заседании в Саратовском областном суде.

Напомним, 18 марта этого в частном доме по улице Мельничная в Саратове был обнаружен труп ребенка. Смерть констатировали сотрудники «скорой помощи», которых вызвали мать и отчим мальчика. На теле Саши Родина были обнаружены многочисленные травмы, свидетельствующие об избиении. В преступлении заподозрили его отчима Владимира Ефимова, которого в настоящий момент обвиняют в убийстве. На скамье подсудимых также находится мать погибшего Мария Родина, которая познакомилась с Ефимовым в интернете и спустя недолгое общение переехала к нему в Саратов из Ростова. Ей вменяются оставление сына в опасности и жестокое обращение с ним.

Родина заявила суду, что спустя 2 недели совместного проживания Владимир Ефимов начал проявлять к ребенку агрессию и бить его.

В ходе допроса Марии Родиной выяснилось, что она брала микрозаймы для оплаты за съем жилья в первый месяц, а потом надеялась, что платить они будут вместе с Ефимовым. Но потом взяла еще 5 тысяч, чтобы отдать хозяйке дома.

Гособвинитель поинтересовался, почему в этом случае Родина не потратила деньги на то, чтобы вернуться в Ростов с сыном и уехать от Ефимова, если тот допускал жестокое отношение к ним.

«Я боялась, что меня могут не выпустить из города. Я боялась, когда чувствовала на себе взгляды чужих людей, у меня была мания преследования», - всхлипывая, ответила Мария Родина.

Тогда сотрудник прокуратуры уточнил у Марии Родиной по поводу видеозаписи, на которой содержались факты жестокого отношения к мальчику, сделанной подсудимыми. Он не стал после предупреждения судьи оглашать подробности, поскольку этот материал исследовался в закрытом режиме, а сейчас в зале присутствуют сотрудники СМИ. Обвинитель спросил, кому на записи принадлежит фраза «веди себя спокойно, тогда быстрее закончится», сказанная женским голосом.

В ответ Родина сообщила, что не может ответить точно, поскольку «не узнала» свой голос, он показался ей в чем-то чужим. На уточняющий вопрос прокурора, она пояснила, что, кроме хозяйки дома, к ним из женщин никто не заходил.