В Саратовском областном суде продолжаются судебные прения по делу экс-главы Энгельсского района Михаила Лысенко. Сегодня происходит обмен репликами сторон обвинения и защиты, а также последнее слово подсудимых.

В начале судебного заседания прокурор Эдуард Лохов, воспользовавшись правом реплики, попросил суд ужесточить наказание Михаилу Лысенко. Он пояснил, что статья 290 УК РФ, по которой обвиняют Лысенко, предусматривает также конфискацию личного имущества подсудимого на сумму взятки в размере 92,4 миллионов рублей. «Обвинение просит применить в отношении Лысенко положение статьи 104 УК РФ, которая говорит о конфискации имущества, добытого преступным путем. Мы полагаем, что именно из вердикта присяжных следует, что действиями Лысенко Кремнев и Борисов поставлены в такие условия, что были вынуждены дать эту взятку 92,4 миллиона», - заявил гособвинитель.

В ответ на требование прокурора адвокат Михаила Лысенко Ольга Скитева заметила, что арестованное имущество, которое может подлежать конфискации, было им приобретено благодаря другим источникам дохода, а не в результате полученной суммы взятки.

Защитник Лысенко Станислав Зайцев также заявил, что в ходе следствия стороной обвинения не было представлено доказательств, что арестованное его имущество было приобретено на те средства, которые ему вменяются как взятка. Кроме того, «данная сумма поступила на счет Лысенко в банке, далее они были перечислены на расчетный счет ООО «Стройсервис-2» в качестве займа».  

«Требовать усиления наказания, более жесткой квалификации, на нынешней стадии неуместно. Это запоздалый выстрел», - подытожил Зайцев.

«В чем заключалась вынужденность действий Кремнева? И какое я воздействие оказывал на Кремнева? Здесь, в зале суда ему задавался конкретный вопрос: находился ли он в моем подчинении? Он сказал: нет, не находился, мы были в равных статусах. Если мы были в равных статусах, какое я мог оказать на него воздействие? Кроме того, присяжные задавали ему вопрос, а были ли его приходы ко мне по обсуждению торгового центра вынужденными. Нет, он ответил, что добровольно приходил. Решение Кремнева и Борисова о продаже мне доли торгового центра. Они оба сказали, что они приняли решение, чтобы незавершенное строительство здания торгового центра не ушло в другое руки, они решили передать его мне. На каком этапе было это вынуждение? Я сказал ему в феврале, что хочу продать торговый центр. Если я его вынуждал, то зачем он еще в сентябре создавал оффшорную фирму? Это были самостоятельные действия Борисова вместе с Щелчковым, я к этому отношения не имел»,  - пояснил суду в ходе своей реплики Лысенко.