Бывшего сотрудника администрации Саратова Андрея Краснова, обвиняемого во взяточничестве, попросили отпустить под домашний арест. Это произошло сегодня на заседании в Октябрьском районном суде.

Напомним, Краснова обвиняют в получении 18 млн рублей от застройщиков Алексея Абасова и Галины Черновой за помощь в оформлении земельного участка в Заводском районе. Ему инкриминируют часть 6 статьи 290 УК РФ (получение взятки в особо крупном размере).

Ходатайство о заключении под стражу подал следователь по особо важным делам следственного отдела Саратова Вячеслав Родионов. По его данным, Краснов пытался продать свой «Лексус» (его он якобы получил в качестве части взятки от Галины Черновой), а также воздействовать на свидетелей по делу, чтобы они дали ложные показания.

Адвокат подозреваемого Ольга Скитева заявила, что никаких оснований для заключения под стражу Краснова нет. По ее словам, нельзя серьезно относиться к рапорту оперативников, что фигурант дела пытался воздействовать на свидетелей.

«Посмотрели на потолок и написали рапорт. Эти сведения не могут нести никакой информации», - уверяла защитник.

То же самое она высказала и по поводу претензий следствия о попытке скрыть предмет взятки – автомобиль «Лексус».

«Никаких сведений, что Краснов пытался продать машину, в материалах нет», - заявила Скитева.

Адвокаты Краснова попросили отпустить его под домашний арест. Они напомнили, что в рамках расследования уголовного дела о превышении полномочий некими сотрудниками администрации он всегда являлся на допросы и не избегал встречи со следователем.

«Я был уволен 10 декабря 2015 года, а автомобиль приобрел 18 февраля 2016 года», - сообщил суду Андрей Краснов.

Представитель прокуратуры Андрей Склемин поддержал позицию следователя. По его словам, нет никаких оснований для отказа в заключении под стражу.

«Считаю, что ходатайство защиты не обосновано и не мотивировано. Защита забегала вперед и пыталась дать оценку доказательствам по делу. Хотя все мы знаем, что сейчас не та стадия. Мы не исследуем доказательства по делу и не анализируем их, не говорим о достаточности доказательств. Мы сейчас не можем говорить, допустимы или достоверны эти доказательства. Эти вопросы будут решаться чуть позже – после завершения предварительного следствия и направления дела в суд»,  - заметил Склемин.

Сотрудник надзорного ведомства подчеркнул, что следствие предоставило данные о попытках обвиняемого взаимодействия с другими фигурантами.

«В противном случае, если суд прислушается к мнению защиты, для следствия будут созданы определенные препятствия для ведения объективного и всестороннего расследования», - заключил Склемин.