Открытое письмо

Заместителю генерального прокурора, главному военному прокурору Российской Федерации Сергею Николаевичу Фридинскому

Открытое письмо

Уважаемый Сергей Николаевич!

Как человек с обостренным чувством гражданской совести, не могу сейчас не обратиться к вам с нижайшей просьбой: рассмотрите, пожалуйста, целесообразность дальнейшего существования Саратовской военной прокуратуры. Я не оговорилась, не работы, а именно существования, потому что заинтересованной работы я давно уже не наблюдаю.

Вот последний пример. 24 октября около 16 часов на автоответчик Саратовского областного союза солдатских матерей поступило обращение жительницы Волгоградской области, которая сообщила, что ее сын служит в Саратове, избит, не может ходить и просит помощи. В этот субботний вечер реагировать на тревожный сигнал надо было немедленно, поскольку, как показывает практика, смертельные исходы у солдат наступают именно в выходные дни. Учитывая, что от меня до названной воинской части было почти 200 километров, я решила позвонить в военную прокуратуру Саратова – им-то до нее рукой подать.

И ведь знала, что не надо туда звонить и тратить время и деньги на междугородку, а все-таки надеялась на чудо. А его, чуда-то, опять не случилось. Трубку снял стажер в военной прокуратуре и на мою просьбу позвать кого-нибудь из старших офицеров юстиции к телефону, позвал человека, который …. тоже оказался стажером. Но более компетентным, чем первый. Так, на мой вопрос, есть ли дежурный работник прокуратуры, компетентно ответил, что дежурный помощник прокурора в принципе есть, но в здании прокуратуры в данный момент его нет, так как закон разрешает дежурному работнику прокуратуры осуществлять дежурство вне стен здания прокуратуры. Тогда я попросила дать мне телефон главной военной прокуратуры, где я могла бы попросить помощи для солдата. Компетентный стажер ответил, что телефонный справочник находится в кабинете у дежурного, а кабинет заперт, поскольку дежурного нет, потому что закон ему разрешает не быть в кабинете…. и т.д. Я погрозила Интернетом, куда меня тут же и послали.

И я пошла куда послали, и Интернет тут же выдал мне телефон доверия главной военной прокуратуры. Телефону я доверить ничего не смогла, поскольку там не было желающих меня выслушать вообще, потому как опять же на улице суббота.

За все пришлось рассчитаться автоответчику военной прокуратуры Приволжско-Уральского военного округа, которому я высказала все, что на тот момент думала. А думала я много всего, но только зло и  плохо.

Всю вашу военную прокуратуру, Сергей Николаевич, спас подполковник юстиции Звягинцев из военной прокуратуры Приволжско-Уральского военного округа, что находится в далеком от нас Екатеринбурге, который, несмотря на выходной день и разницу во времени, оказался на службе, сигнал принял и пошел, как он выразился, «заниматься этой проблемой».

Я также не могу не вспомнить сегодня, что раньше Союз солдатских матерей передал в Саратовскую гарнизонную прокуратуру заявление о том, что некий саратовский коммерсант привлек для строительства пивного бара полтора десятка солдат, а прокуратура даже и пальчиком в его сторону не погрозила.  Потом наша организация передала в ту же прокуратуру заявление о том, что врач-невропатолог Васильев из саратовского областного военкомата без ведома призывников распространяет сведения об их заболеваниях в публичных местах. И в этом случае прокуратура не нашла повода, чтобы на это отреагировать. Сейчас региональные средства массовой информации пишут об еще одном незаконном новшестве, введенном саратовскими военкоматами: теперь из районных центров в областной военкомат надо ездить не на муниципальном автобусе, а своим ходом и за счет личных средств. Военная прокуратура и здесь хранит невозмутимость. 

Думаю, что и вы получите возможность оценить работу саратовцев, изучив их отчетность и сравнив показатели преступности. Взять хотя бы количество солдат, предпочитающих незадолго до окончания службы вешаться в лесополосах.

Вот я и думаю, Сергей Николаевич: зачем нам нужна Саратовская военная прокуратура, если проблемы мы и ставим, и разрешаем только в военной прокуратуре округа? Надо ли тратить государственные средства на содержание этого учреждения? Правильно ли это?

Я-то уверена: это не рачительно и не правильно. Надо эту прокуратуру упразднить, а нас - неугомонных поборниц соблюдения законности и  предотвращения гибели солдат - прикрепить к военной прокуратуре Дальневосточного военного округа: там мы традиционно находим понимание и отзывчивость. Причем в любое время суток  (несмотря на 9-часовую разницу во времени) с нами разговаривают так, как будто только ради нас они и живут, и работают.

Сергей Николаевич, надеюсь, что просьба моя будет вами прочитана, понята и исполнена, поскольку в членах Союза солдатских матерей Саратова понимание того, что происходит в нашей военной прокуратуре, напрочь убито. Думаю, что безвозвратно.