Распоясавшийся карлик-фигляр

28 июля 2010, 14:08 Автор: Максим Буревестник Версия для печати оцените материал +41

Кто еще не знает о самом заслуженным артисте, извините, юристе России на просторах Саратовщины?  Его знают все, и представлять его не надо. Он настолько тщеславен и корыстолюбив, что называть его ни к чему, дабы в конец не зазнался и не превратился в заносчивого снобливого старикашку. Можно было бы его величать Никак, как не называют по имени бесенят, полтергейстов и скоморохов. Все, что он делает, стало уже народным преданием. А народное творчество имени не имеет. Это национальное достояние. Но, как всякому циркачу, ему нужен одновременно и звонкий творческий псевдоним, соответствующий его клоунскому амплуа. Поэтому назовем его как-нибудь загадочно и по-детски смешно. Например, Лошарик. Хотя не то: здесь нет масонской таинственности и заграничности, какая присутствует в цирковых именах. Циркач никогда не назовет себя каким-нибудь Повозкиным или Таратайкиным. Вот Ландусик - другое дело. Непонятно, но задорно. Настоящее имя клоуна. Если ему понравится, может быть, даст премию из не распечатанного еще именного фонда поддержки журналистов.  
И эпитафия на надгробие, дай Бог ему здоровья, готова: «Ландусик был шутом известным, он всех смешил и потешал».   
***
Быть шутом его призвание. Человек с таким талантом превратит даже серьезное государственное учреждение в цирк. Например, областную думу. И там он будет непревзойденным солистом, а все прочие - под ним кривляться в массовке.
Ландусик - это настоящий шоумен, который превратил думу в эстраду. Есть театры с несколькими сценами. А есть театр одного актера. Так вот шутовод и то и другое свел в себе на думе. В парламенте у него сцена - в любом кабинете и приемной. Ему не нужна трибуна - за ней его плохо видно. Ему лучше даются сольные партии в кулуарах. Хотя он может быть как камерным шутом, так и площадным скоморохом. Талант - не реквизит, его не спрячешь. Он рвется наружу, к признанию и славе.   
Этот человек сам себе сделал имя и сам себя раскручивает. Его порой подзадоривают насмешливые сотоварищи, но это лишь от зависти, да и то ему только на пользу. Он же использует юродство, себя обогащая. О таких говорят: «Шуты управляют королями». Он не только крутит вождями, но и понукает царедворцев для исполнения своих авантюр. У него на побегушках то спикер, то под-спикер, то скопом весь политсовет. Запрягает для своих прихотей и судейских. Сам шебутной живчик, он не оставляет в покое и всех тех, кто пребывает с ним в одной фракции. Всем найдет занятие, лишь бы они крутились вокруг его проказ.
В финале, как и положено в балагане, все участники его шоу-программы выставляются на посмешище. Как в цирковых репризах, когда клоун на арене подтрунивает и насмехается над администратором цирка и просит делать ради потехи публики какую-нибудь чепуху, так и Ландусик ведет себя с председателем высокого собрания Радаевым.
А как смешно выглядит Алешина, когда заступается за проказника, говоря, что обидели «должностное лицо высокого ранга». Это она о разбушлаченном безбилетнике, которого выпроводили из самолета. Обидели избранника. Погнали прилипалу. Растоптали корневую его философию: жить на халяву – самое важное достижение в жизни.  
***
Ландусик очень пронырливый. То начнет трудоустраивать изгнанных адвокатов в омбудследи, то проталкивать в ОПу скользких дружков, прикрывающихся защитой нацменьшинств, то покровского колбасника протаскивать в политсовет, с прицелом на думу, то проштрафившихся судей вытаскивать, пренебрегая для этого самым ценным для него: своим детищем - регламентом. То начнет выбивать своим единоверцам деньги из государственной казны. Он, как птичник яйца, пытается распределить по ячейкам партийных кандидатов. А руки трясутся, и все из них падает, разбиваясь всмятку. То он выбивает деньги диаспорам на компенсацию их затрат на национально-пьяную деревню, а хваткие их представители с этими денежками ударяются в бега. То он организовывает пиратские походы на флагман проектной отрасли с далеко идущим замыслом прибрать к рукам его здание. То влезает на недостроенный ТЮЗ и пытается опять всех поучать. То, как шакал Табаки, начинает огрызаться на губернатора. А ради мелкой мести может накатить ЕдРо на своих бывших обидчиков, к примеру, на Шувалова.
Для этого он готов подговаривать и наушничать, сталкивать и провоцировать, прикидываться блаженным и причитать, становиться нудным и капризничать. Прикрываться Солнцеподобным и разводить на этом солнцелюбивых. Сам Солнцем обласканный, видя, что все его слушаются, в конец распоясался.  
Он каждый день, не покладая рук, то тут то там: пытается что-то вершить, что-то вещать. Как надоедливый гном-бездельник, который пристает к сородичам, указывая, что кому нужно делать.
Он вездесущ, ему до всего есть дело. Он готов от имени партии, нареченный ее лицом, комментировать все без разбору. Он специалист во всех сферах, компетентен во всех областях, словоохотлив на все темы. Ландусик всегда в центре внимая. Редкий день обходится без его «говорящей головы». Он из всего сварганит информационный повод, чтобы о нем говорили, чтобы его мнение спросили. Ведь элементы шутовства украсят любой журналистский материал. И чем потешней выглядит этот комментарий, тем текст читабельнее. Журналисты его любят, как попугая Попку, которого при надобности можно достать из клетки, чтобы он крикливо стрекотал, какой хороший он и его хозяева.
При этом сам – знатный скупердяй. За тот промоушн, который ему сделали медийщики, он должен был их премировать. Однажды пообещав, что на деньги по выигранному иску он откроет фонд поддержки нуждающимся журналистам, денежки в конце концов зажал. И вот теперь борзописцы преследуют его и кричат: «Дедушка, отдай журналистам фонд». А тот, как Паниковский, который утащил гуся, бежит от ехидных обзывал. Ему кричат: «Соломоныч, брось гуся, … отдай 400 тыщ», а он бежит, расточая бранные слова о том, какие журналюги нахалюги.  
***
Сам неугомонный  дедусик назойлив настолько, что надоел не только недругам из опальной труппы, оставшейся без ролей, но и самим придворным циркачам. Но ему и не надо признательности, лишь бы выполняли его мелкие прихоти. И мягкотелые думские избранцы поспешно осуществляют их, лишь бы побыстрее от него отвязаться. Кто-то в душе его тихо не ненавидит, у кого-то он вызывает брезгливость. Но терпят, потому что не знают, куда бы его спровадить. А тут верховодец еще говорит, что такие лидеры общественного мнения как раз партии и нужны. Если окончательно осмеять партию власти, то, несомненно, это неоценимый дар. И оппонентам его нужно подзуживать и даже мотивировать смачными аплодисментами. Потому что любое дело, любая затея, любой проект, к которым прислоняется или присасывается неутомимый старичок-живчик, превращается в балаган.
Ландусик смакует и наслаждается своей шутовской властью, как шкодливый пес развиться на кровати хозяина. И невдомек ему, что дума – это не фетиш в руках говорливого шалунишки. С нею нельзя играться как с кубком в виде фаллоса. Ее нельзя давить фальшивыми буферами и затаптывать хава нагилой.  
Забавляться и шалить, превращая думу в вечный капустник, это не ездить по закрепленному округу. Знает ли Ландусик, где находится ЗАТО «Шиханы», «Михайловский», «Светлый», которые ему поручены под депутатскую опеку? И чем он там кому помог? Да и чем он может помочь, разве что сплясать канкан, теребя юбку? Но загнанный работой и безденежьем тамошний люд таких чудачеств не оценит. На «Светлом», нельзя засветиться, как на парламентском подиуме. Здесь он на бис дает концерты. Там его талант не понятен.  
Поэтому его стихия — коридоры власти. Тут он может летать в космос, рыть землю, дефилировать в девичьем наряде, прикидываться усердным законотворцем. Он, как веселящийся дух, снует там и здесь, пугает непуганных, потешает надменных. Во все пытается сунуть свой пятак. И получить обратно рубль.  
От такого лицедейства до лиходейства один шаг. И наш заслуженный шут губернии здесь находится в пограничном состоянии.
Это еще не Крошка Цахес, не злобный карлик Черномор. Он фокусник-шут, который фиглярствует над всем, что попадет ему в липучие ручонки. Из его шутовских фокусов появляются непотребности и выходит срамота. И как каждый недоросток, он мечтает когда-нибудь стать не метром с кепкой, а большой головой. Раз есть морда лица партии, должна же быть к ней и голова. И эту голову Ландусик, как Никанор Иванович Босой, постоянно ищет и просит ее вернуть. Здесь он не отказался бы стать ректором академии права. Вот это голова! И такого фигляра саратовскому правоведению уж точно не достает. Ведь все там пасмурно, буднично, корыстно, без лиходейского дурачества.
А за отсутствием головы он пока ищет приключений на свою задницу. И в думском вертепе их всегда легко найти.